— Я поговорила с Вилли, garçon из Мёльна, что подвизался у Вольфганга. Начальник бушует, а юноша начинает осознавать, что влип. Вчера при встрече с ним я взбесилась, решив что он тоже был техом, что обвел меня вокруг пальца, но похоже, он просто маленькая Спящая фигурка в руках мэра. Я собираюсь завтра с ним встретиться tête à tête, так что была бы благодарна, если ты вновь разбудишь меня пораньше.
— Какой способ пробуждения тебе нравится больше всего? - спросила Ирэн
— ммм.. у тебя лучший кофе. Я в этом слишком небрежна, но вкус, и запах..
— Может лучше отшлепать тебя?
— Пользуешь тем, что я утром не смогу дать сдачи, да? 😉
— А ты встань и дай. Покерфейс
— Я..эээ.. (смущенно) не уверена, что может произойти при столько близком соприкосновении твоего магического покрова и парадоксальных меток.. (математические татуировки все еще не сошли)
— В смысле? Ничего не произойдет. Это же линейная магия
— Линейная? Может, Arcane и является подобным, но парадокс.. Назвать бич пробужденных линейной магией .. так дерзко!
(хаха, я решила кинуть волю на то, сдержится ли желание эксперименты проводить. если по базовой сложности считать, это же ботч, верно?)
— Парадокс мимолётен, глупая, — Ирэн отклонила голову назад и тихо фыркнула. — То, что на тебе осталось — не сам Парадокс. Он бьет быстро, резко и хлёстко. Можешь считать, что Парадоксом была игла татуировщика, но результат его работы вполне статичен, не находишь? Я не видела, чтобы твои красивости как-то извивались. Хотя… если ты где-то прячешь тех, которые движутся…
Неожиданно быстро она оказалась нос к носу с Рене и потянула за край её рубашки вверх.
— То мы должны их изучить!
представляю, что она вальяжно валяется на диванчике задрав ногу, а Рене спокойно стоит или сидит напротив где-то
или даже задумчиво ходит по комнате туда-сюда
Завороженная идеей эксперимента - во всех смыслах - Рене, разумеется, упустила момент движения Ирэн. И вместо цитат из каких-то ученых трудов она лишь выпалила, пытаясь перехватить ладони подруги.
— ne chatouille pas! (не щекочи!)
— Я сама.. И они вправду движутся.
— Кто? — Удивлённо подняла голову Ирэн, глядя на подругу снизу вверх. — Твои малышки?
— Если ты продолжишь задавать глупые вопросы, когда ты уже показывала свой ум, — пуговицы освобождались одна за другой, открывая блуждающие интегралы, саморешающиеся уравнения и графики, — я начну боевую фазу эксперимента.. - она пихнула Ирэн в направлении дивана, хотя для той это была откровенно слабая попытка.
— .. чего мне пока не хочется делать.
Удивлённо оглянувшись на диван, но, конечно же, устояв на ногах, Ирэн выпрямилась и выгнула бровь. Затем перевела на Рене ехидный взгляд.
— А… я поняла, на что ты намекаешь! Так бы сразу и сказала, зачем все эти хитровыверты!
Шаг вперёд, непонятное движение руками и ногой, и в следующий миг Рене осознаёт себя лежащей на диване с распахнутой рубашкой и стоящей над ней на ладонях Ирэн, плавно опускающей лицо всё ближе…
— Это французское. И вообще, ты пе.. ой!
Что же, этот кадр останется в памяти Рене навсегда, если только arcane не посмеет его поглотить.
Она притянула Ирину и поцеловала, чуть замирая, словно вслушиваясь в себя. Магическое столкновения не произошло, хотя будь здесь культисты экстаза, возможно, им открылась незримая для подружек истина. Но их не было, и потому смущение не сковало Рене знакомиться с таинственной истребительницей магов так близко, так только возможно
✂️
Она замерла, удивлённо распахнув глаза, когда её губы вжались в губы Рене. Затихла на мгновение, но затем неуверенно ответила на поцелуй, слегка расслабив мышцы и опускаясь на локти. Затем, чуть отстранившись и смущённо отведя глаза, Ирэн сглотнула и неловко шепнула:
— Ах… я… не ожидала. Ты хочешь немного моей маны, да?
— Это просто поцелуй, - растерянно похлопала глазами, — ты так передаешь..? Нет, я ..сейчас меня занимаешь вся ты, а не мана. Мне быть осторожней? Что можно, что нельзя? — в такт словам ладони принялись путешествовать по телу, прокрадываясь под одежду.
— Вся? — Она удивлённо похлопала глазками и смущённо поморщилась. — К сожалению у меня временно отобрали самое… мгм, интересное.
Прислушиваясь к своим ощущениям, Ира слегка приподнялась, позволяя на удивление приятным пальцам Рене скользить вдоль кожи. Она попыталась принюхаться, но уловила лишь еле уловимый шлейф духов, слегка расстроенно вздохнув. Возможно стоило закинуться порцией крови ангелов перед тем, как… они что, и правда собираются?..
— Слушай, — Голос её чуть понизился в тембре. — А ты… уверена, что хочешь этого?
“Значит, они не врали”, — Р. вспомнила слова юной ученицы и Медеи. До того она не воспринимала их прямо и всерьез.
— Я не une lesbienne, хотя у меня был небольшой опыт, студенческая выходка. А твои слова, в них часто слышалось большее.. может, я додумывала?, - она говорила словно оправдываясь, но затем голос зазвучал уверенней. - ты меня завораживаешь, хотя это сродни мотыльку и огню, потому что от руки твоей мне предстоит пасть, - Рене прикусила язык, но поздно, и схожие слова уже звучали в больничном морге, - ах!
— Предпочту считать, что мой меч следует вложить в твои ножны иначе, — Ирэн слегка покраснела и улеглась на Рене целиком, уткнувшись носом в её шею, как кошка. — Можешь вернуть время моего тела вспять?
— Боюсь, сейчас слишком далеко, - шумно вздохнула, — стоило сделать это у церкви Медеи, но я тот момент просто растерялась.
— Я вообще ничего не помню… противная Моргана могла бы и сама всё сделать. Фи.
Слегка потёрлась всем телом.
— Ты вкусная.
Укус.
— Может, её силы еще ограничены, раз здесь все еще ты? Или она не хочет делать подачки, — Рене неопределенно махнула рукой.
То, как ластилась Ирэн, и ее жесты смущения, всё это отзывалось теплотой в душе Рене, и словно это действительно она соблазняла Вайсс.
— Вкусная как..? - улыбнулась, ловя её ножку между своих и переплетая - “не уйдешь!”
От неожиданного укуса вздрогнула всем телом, раскраснелась. Маска соблазнительницы - femme fatal треснула, как стекло.
— Sois plus tendre! - на выходе, и затем поправилась, уже на немецком, — чуть нежнее!
Она тяжело и глубоко вздохнула, ощущая ласку чужих коленей и слегка дрогнула, когда Рене застонала. Что она делает? Сёстры ордена Габриэллы говорили, что близость нужна для передачи маны, но некоторые шептали ей странные слова. Однако разве недостаточно было просто отдать малышке Рени немного слюны?
Приподнявшись в руках, Ирэн заглянула в голубые глаза волшебницы, щекоча её лицо кончиками пепельных волос. Взгляд её был задумчивым и подёрнутым томной дымкой.
— Я не понимаю, что делаю. Раньше… это не было так приятно. Что между нами… происходит? Расскажи мне.
Лицо сироты приобрело немного глупое выражение, словно она действительно плохо понимала концепцию любовных отношений. Во всяком случае Рене не нужно было напрягаться, чтобы читать подругу. Все мысли и сомнения были написаны у Ирэн на лице. И смущение, и жажда, и недоумение.
Рене казалось, что она разгадала Вайсс: за холодной убийцей магов - эксцентричная девушка не от мира сего, наивная в обыденном и мудрая в тайном - а там, глубже, еще один слой с древней ведьмой и делами Хора. Конечно, это было поверхностно, но она уже могла понимать, что можно ожидать от напарницы. Но сейчас с ней была не та Вайсс, что минуту назад. Смущенной, растерянной Рене еще не заставала и не думала, что подобное вообще ей свойственно.
— Раньше.. не так? Ma chere, мы ведь даже не.. — удивленно вскинула брови и подула на светлую прядь, — может быть это следствием превращения, изменившем и твое восприятие?
Рене на секунду задумалась, но затем обвила Ирэн руками и приподнялась, так что блондинка оказалась у нее на коленях.
— Меня к тебе тянуло и до этого, словно бабочку к огню - мы казались слишком разными. Но сейчас, разве нам не нужно утешение? Хоть ненадолго забыться вдвоем? Я бы хотела запомнить этот день не провалом, а .. — выдохнула в шею, оставляя языком на бьющейся жилке влажную дорожку, — .. тобой.
– Утешение?..
Слово звучало знакомо, но было каким-то новым. Сколько раз к ней приходили за утешением? Сколько раз ласкали уши теплыми словами, за которыми она не чувствовала тепла? Сейчас всё было и вправду иначе, словно… она сама хотела этого? Да, пожалуй, что так.
Приподнявшись навстречу языку, Ирэн тихо выдохнула с полустоном и сжала пальцы, ощущая нарастающую злость. Именно сейчас она хотела быть такой, какой была всегда. Ощутить эту разницу в полной мере, тем телом, которое выбрала её душа при рождении. Злость, нет - праведная ярость поднялась в ней, и в глазах заплясали бесовские ведьмины огни.
– Я хочу этого, – с придыханием прошептала волшебница на ухо подруги и тут же отпрянула. – Но я хочу быть такой, какой была всегда. Это тело лживо… оно принадлежит не мне, но Ей. Подожди меня еще немного, “моя дорогая”.
Соскочив с кровати, девушка освободила небольшое пространство посреди комнаты, расставив маленькие предметы-помощники, вытянула пузырьки с кровью и опрокинула один в себя сразу же. В воздухе завибрировала волна Прайма, окутывая помещение и лаская Рене щупальцами квинтэссенции. Мощь, которую скрывала Ирэн можно было едва ли не ощупать руками, и сейчас, аккуратно марая руки и лицо в крови ангела, она начала танцевать, напевая стройную, ритмичную мелодию, в которой было нечто первобытное…
Она кружилась в танце час за часом, не обращая внимания ни на что вокруг и демонстрируя истинные чудеса выносливости, пока,наконец, на исходе третьего цикла не застыла на месте, приоткрыв рот и глаза. В плетении словно взорвалась бомба. Неощутимо, неслышно, но всесокрушающе, будто подводная мина ударила по подводной же лодке. Миг зазвенел и тут же затих.
Распрямившись, Ирэн, которая могла показаться в этот момент Рене неуловимо изменившейся, ставшей как будто более глубокомысленной медленно выдохнула воздух и обернулась. Её внешний вид не претерпел, как будто никаких изменений, но торжествующая улыбка извещала о том, что всё получилось.
– Я смогла! Я разрушила чары древней ведьмы! – Осекшись, волшебница чуть понизила голос, оттягивая ремень штанов и заглядывая внутрь. – Он вернулся!
Девушка в руках словно превратилась в камень, холодный и неподатливый, уносясь мыслями прочь, к своему проклятью. Рене сама никогда не подвергалась ничего подобному, но понимала, как это гложет Ирэн.
В синих глазах читалось неудовольствие, что гречанка встала между ними, но она все-таки развела руки, отпуская волшебницу.
— Недолго.. — закусила губу, чтобы не выказать свои сомнения. При такой разнице в могуществе одолеть чары можно было лишь ритуалом, а это не меньше часа в самом лучшем случае. Стоило бы найти нужный путь… но она почувствовала, что это должно быть личным, без чужого вмешательства. — Ты должна справиться, — в голосе звучала Воля.
Освободив для Ирэн ритуальное пространство, хозяйка дома запрыгнула с ногами на диван и сунула нос в сетевой словарь. Непривычное звучание, но хорошо знакомый смысл; немного смутившись, она перевела взгляд на подругу - боже, вихрь эссенции почти ослепил обычно слабовосприимчивую герметистку. У площади перед Святой Троицей подобной вспышки она не ощутила, но тогда нужно было беспокоиться о большем.
Первый час Дюбуа прилежно наблюдала за танцем-молитвой, пытаясь осознать значение всех элементов ритуала. Ровно через 60 минут, даже без взгляда на часы, она застегнула рубашку на все пуговицы, обошла комнату по по краю, чтобы не помешать Ирэн, и отправилась в магазин. В случае победы это стоило отпраздновать не только, гм, сминая простыни. К тому же, технократскую зарплату стоило потратить, ведь всё это - тоже связь, которая начала обрываться. Правда, проблемой оставалось странное чувство вкуса у Вайсс.. что-нибудь придумаем.
На исходе третьего часа Рене, со слегка влажными после душа волосами и одетая в тонкий халатик (любимого вишневого цвета), продолжала наблюдение. В руке она вертела бокал вина, второй, еще пустой, дожидался Ирэн на столике.
Похоже, ритуал не нес последовательности шагов, где можно было преуспеть в части из них, а был своего рода подготовкой к прыжку. Вероятно, дело было в самой природе взламываемых чар.. Как у л’Амори - звериные обличья сменяли людское мгновенно, а не плавно, изображая химер. Химера получилась у Гретель, но это, вообщем-то, и было её подсознательной целью.
Она чудом не пролила вино, когда квартиру сотряс магический удар.
Рене вскочила на ноги, готовая защищать/ся, но ни с комнатой, ни с Ирэн ничего плохого не произошло. Она, как струна, издала последний отголосок магии, и Рене на мгновение увидела под ногами хористки золотое сияние. И всё так же резко успокоилось, как и произошло.
— Я б-была готова сдвинуть стрелки, но не успела дотянуться до сигила, — она слегка нервически мотнула головой, указывая на столик, — мне показалось.. неважно, ты умница! Без Арс Анимаэ, на самой себе.. Хотя здесь это может быть проще, потому что ты восстанавливаешь форму..
Рассуждения прервались, ибо такая непосредственность почти моментально вогнала Рене в краску. Одно дело, когда колдуньи или сама Вайсс говорят о.. гермафродитизме, выходит? и другое дело - такое подтверждение. Вызывающе?
Она стиснула победительницу в объятьях, чтобы развеять своё смущение. Даже слегка приподняла и покружила.
— Поднимем кубки за успех? Или смоешь с себя .. грим?
Она оказалась не готова к такому бурному воплощению чувств, но почти сразу же засмеялась, обнимая Рене в ответ.
– А ты сильнее, чем кажешься, – смешок звучал достаточно добрым. – Грим? Ах точно, кровь.
Отступив назад, Ирэн порылась в своей сумке и достала спиртовые салфетки, тщательно протерев лицо и руки, будто заправский енот-полоскун. Спустя минуту она уже была вполне себе чистой, если не считать угасающую пульсацию магических цепей под кожей. Перевела взгляд на вино и с улыбкой приняла бокал из рук подруги, отпила. Задумчиво поморщилась и достала из сумки с бутыльками странный сосуд с чем-то бледно-белым. Опрокинула в себя одним движением и содрогнулась всем телом. Зрачки Ирэн расширились, волосы встали дыбом, а глифы на мгновение снова зажглись.
– Ух, никогда не привыкну к первым ощущениям. И приятно и жутко. – Снова отпив вина, она улыбнулась уже с благоприятным видом. – Кажется, довольно вкусное, но я не ценитель, ты же знаешь. Уф…
Потянувшись всем телом, волшебница смерила Рене заинтересованным взглядом и оскалилась, показывая чуть более острые, чем у нормальных людей клыки:
– Ты переоделась… знаешь, ты очень красивая. Даже более красивая, чем Ариэль, хотя она вообще-то аж целый ангел. – Бокал опустился на стол, а носы девушек соприкоснулись. – Ты долго ждала… хочешь посмотреть?
— Кровь? Я думала, у Хора это иносказание.. et bien.
Рене проводила второй флакон взглядом с долей скепсиса, но вместе с Ирэн подняла и свой бокал.
— Я тоже не большой знаток, но.. — она по памяти прочитала описание вина, — А что было в бутылочке? Волшебное лекарство? Или тасс? Ты вся засветилась, — любопытство пока побеждало спавший за время ритуала накал страсти, да и лучше было поинтересоваться сейчас, прежде чем станет не до них.
На комплимент и взгляд - теперь уже более живой и явно показывающий желание - Рене ответила реверансом. Разошедшиеся полоты халата показали, что на ней все еще оставались трусики, но и только.
— Спасибо, так лестно. Проверим при знакомстве, но, боюсь, ангелу я все же проиграю, — она улыбнулась и потёрлась носом о нос, — хочу.. правда, я могу заробеть сейчас, — она понизила тон, — мужское и женское вместе в одном человеке, такое у меня впервые.
– Кровь ангелов. Не та, которая во флаконах, а просто так называется. Эликсир… наверное. Он помогает мне ощущать себя живой. – Ирэн говорила это с совершенно непосредственным видом, как может говорить о инвалидности только человек, совершенно переставший её замечать или вовсе не знающий о том, что он в чем-то ущербен. – Он довольно мощный и дорогой, всего одна бутылочка на две недели, иначе уйду в минус, хи-хи…
Скользнув взглядом вниз на алые в тон халата кружевные трусики, убийца магов довольно присвистнула. Звучало это слегка вульгарно, но на удивление мило. Возможно странная аура искажения так передавала восприятие?
– Думаю она тебе понравится… ммм, как приятно. – Взгляд серо-зелёных глаз стал игривым, но затем вдруг удивлённым. – Забеременнеть? О нет, не беспокойся. Я не совсем человек, так что от меня не получится заиметь ребёнка, не переживай! Это совершенно безопасно, да-да! И… хм. Не правда, я там не девушка. В смысле совсем не девушка. Вот, смотри.
Отступив на шаг, Ирэн приспустила штаны, позволяя им скатиться по гладким бёдрам вниз и… свету глаз Рене предстал симпатичный, не слишком большой, но и не кажущийся маленьким член такой… до странности женственной формы. Пожалуй, более симпатичный, чем по обыкновению было у мужиков на фотографиях и видео с интернета. Тем временем Белей как ни в чем не бывало переступила с ноги на ногу, откидывая не нужную одежку в сторону и принялась неторопливо расстёгивать пуговицы белой рубашки.
— Секретная формула, понимаю, — Рене от алхимии была далека, но название и то, как Ирэн называла наставницу “ангелом”.. Не самое уютное совпадение. Как и причина, для чего состав был нужен. Но он действовал, Вайсс сейчас сияла не только от собственного триумфа.
Хотя она всё так же могла ляпнуть чёрте-что.
— QUOI?! Je ne comprends pas.. tu sais confondre !— удивление и смущение вогнали Рене в краску почти под стать её накидке и изгнали из головы немецкий язык. Впрочем, она достаточно быстро догадалась о причине путаницы и рассмеялась.
— Я говорила о робости, польская ты голова, — она легонько стукнула двумя пальцами по лбу Ирэн, — но теперь все в порядке.
Впрочем, робость все равно таилась во взгляде Рене, направленном вниз. Она могла флиртовать и тискаться, но в целом её опыт оставался поверхностным, еще со времени жизни Моны. Период ученичества это лишь усугубил в её голове разрыв между реальным и воображаемым - даже экстатики согласятся, что порно в девяти из десяти случаях врёт.
Но когда Ирэн обнажилась, герметистка вздохнула с облегчением. Фаллос не казался здесь чем-то чужеродным или гротескным. Право, если бы в штанах Вайсс оказался “альфа пенетратор 3000”, Рене бы расстроилась - так бы это диссонировало с её образом, достаточно женственным, несмотря на боевые навыки и силу.
— Скажу странное: тебе идёт. В смысле, гармонично, словно так, как и должно быть, — она придвинулась вперед и опустила руки на бедра Ирэн. Но погладив их, одна ладонь упорхнула вверх, пробираясь под рубашку, мешая её расстегивать и испытывая подругу на щекотку. Вторая легла на “меч”, немного дрогнув, перехватила его, заключая в рукопожатие.
— <живой>, — еле слышно, на выдохе. Добравшись до груди, пальцы Рене сжали сосок, чуть вытягивая его, и одновременно с ними другие обхватили ствол у кончика, раскачиваясь на головке, пока что скрытой.
– Конечно гармонично и как должно быть, я ведь такой рождена, – в голосе волшебницы послышались тёплые шутливые нотки, но кажется она говорила всерьёз. – А ты… зачем мешаешь?.. О… ох, ладно, продолжай.
Пусть у неё и было огромное преимущество в “живом” опыте, Ирэн всегда немного терялась, когда дело доходило до… дела. Любовь творить не мечом махать, как поговаривала Доминика. Так что блондинка ненадолго замерла, вытягивясь в талии, словно сопротивляясь щекочущим касаниям, а затем сладко вздохнула, когда ощутила пальцы подруги внизу.
– Негодница, что же ты делаешь…
Стянув, наконец, проклятую рубашку, Ирэн потянулась к поясу халатика и вскоре отбросила его в сторону, проникая ладонями под ткань и сжимая аппетитные упругие холмики Рене. Насладившись немного ощущением приятной тяжести в ладонях (ощутимо большей, чем у неё самой), она подалась вперёд, коротко целуя любовницу, а затем отпрянула назад, перехватывая запястья волшебницы и закусывая губу.
– А можешь… без рук?
И слова, и взаимные прикосновения, становившиеся ласками - все отзывалось мурашками и жаром к груди. Рене мелко дышала и прикусывала краешек рта, когда Ирэн добралась до неё. Чужие руки, другие, не похожие на её собственные, не знакомые с её телом - как давно.. да, буквально в прошлой жизни. Она даже не представляла, насколько скучала по этому. Да, может быть она была придирчива, и ничего плохого в случайном уличном знакомстве с продолжением не было, но здесь и сейчас это был “верный путь”, и этого было достаточно.
Рене попыталась удержать подругу в поцелуе - безуспешно, и та даже перехватила руки Дюбуа, быстрее, чем Рене двинулась ухватиться самой.
— Но ты сама так и просишься в руки, — Рене широким движением облизнулась, а затем подала любовнице свой пояс, — завяжи, чтобы у меня не было искушения.
Она сложила пальцы в замок, пока Ирэн оплетала запястья. Это не было её кинком, но сейчас было красиво и действительно сдерживало её, тем самым - распаляя.
Влажный поцелуй в белоснежную шейку, чувствуя по губами биение артерии - не до засоса, нет, их они еще успеют понаставить. И продолжая ниже, полизывая и чуть пощипывая кожу, добралась до груди, захватывая губами сосок и потягивая его. Подняла взгляд вверх, не отрываясь от своего занятия - демонстративно, “как в кино”, и раскраснелась, осознав это.
— Прости, я.. — слов не нашлось, и Рене отпрянула назад, опускаясь сначала на одно, потом на второе колено. Мягкое, более кроткое прикосновение губ к самой головке члена, вновь тихое восклицание на французском, и вот, язычок заскользил вдоль ствола, увлажняя и нагревая его. Темная макушка Рене практически закрывала Ирэн обзор.
Но вот, связанная вновь подняла взгляд наверх, и теперь в нём не виделось фальши, лишь жажда. Она медленно обхватила головку губами, облизывая её, словно конфету.
Если Рене удивлялась и наслаждалась забытыми ощущениями, то Ирэн, напротив, погружалась в приятно-сладкие ощущения инаковости. Всё было, с одной стороны, таким привычным, но почему-то на удивление нервным и будто бы неуверенным. Вместо механического желания удовольствия пришло какое-то томное желание игры. А ведь она не была какой-то особенно игривой, напротив. Прямая, как палка, сирота такой же была и в постели… раньше. Но раньше будто бы не было некой связи, особого акцента на эмоциях и чувствах. Да и эти перепалки по поводу того, что её меч упокоит Рене… словно обостряли их ощущения. Ну, или как минимум её собственные. Будто сейчас кровью ангела была не склянка с эликсиром, а красавица с тёмными волосами и пронзительным взглядом голубых глаз.
“Но ты и сама просишь, чтобы я проткнула тебя” – хотела было парировать Ирэн, но почему-то промолчала, лишь тихо сглотнула и поёжилась, обхватывая тонкие запястья, украшенные глифами шелковой лентой. Вряд ли это было достаточной преградой, захоти Рене высвободиться, но в этом и был, вероятно, смысл игры? Они лишь создавали антураж…
Впрочем, скоро мысли покинули и без того не слишком обременённую размышлениями пепельноволосую голову. Запрокинув руки к затылку, Ирэн откровенно выгнулась и застонала, наслаждаясь лаской соска. Игривыми поцелуями и этим взглядом. Покрасневшая любовница стала будто бы еще более милой, но затем…
“За что?..” – и снова ни слова вслух. Слова, как подумалось Ирэн, только всё бы испортили. Лишние вопросы были ни к чему. Она разберётся с ними позже… если это вообще будет иметь смысл.
Когда волшебница оказалась на коленях, госпожа экзекутор сочла необходимым опустить руки и опереться на стол. И не зря. Первые же прикосновения отдались странным нежным ощущением. Оно не было каким-то сногсшибательно приятным, но наблюдать сверху вниз… это было восхитительно. Как будто губы Рене ласкали не член Ирэн, но саму её душу. Она никогда бы не подумала, что нечто подобное может быть настолько дразнящим и сладким одновременно.
– Ах. Ты… такая красивая. Особенно когда смотришь вот так.
Наверное, это было не совсем правдой, если судить объективно, но объективность покинула разум блондинки. Она искренне наслаждалась происходящим, ловя потрясающие ощущения от того, как член погружался в тёплый плен, а Рене смотрела за ней снизу, словно проверяя, довольна ли её визави. О, на простодушном лице Ирэн легко можно было рассмотреть насколько она довольна. Закусывая губу и протяжно мыча, прикрывая серо-зелёные глаза и выгибаясь навстречу очаровательным губкам.
А ведь… подумалось ей. Рене и правда была потрясающе красивой. Интересно, почему она не замечала этого раньше?